Конституционный суд рассматривает порядок расчета алиментов по статье 81 СК РФ

Конституционный суд РФ приступил к рассмотрению вопроса о том, как следует исчислять алименты на содержание детей — порядок, закрепленный в Семейном кодексе.

На публичных слушаниях эксперты указали, что сложившаяся практика прежде всего ориентируется на сохранение ребенку привычного уровня жизни и повседневного комфорта, даже если после развода родителей общий семейный бюджет уменьшается — иногда весьма существенно. При этом адвокаты и участники обсуждения отметили, что в конкретной жалобе футболиста Матвея Сафонова ситуация отличается: предметом спора стали суммы, исчисляемые в семизначных величинах.

В жалобе спортсмен утверждает, что за последние три года на содержание пятилетней дочери Майи он перечислил около 90 миллионов рублей. При наличии у него официального трудоустройства и постоянного дохода, пояснил судья-докладчик КС РФ Евгений Тарибо, по статье 81 Семейного кодекса и по решению суда Сафонов должен выплачивать четверть от заработка. Добиться назначения алиментов в фиксированном размере, по словам участников процесса, не удалось, поскольку часть 1 статьи 81 прямо устанавливает долю от дохода.

Представляя позицию плательщика, адвокат Сергей Дорохин обратил внимание на несколько аргументов. Он заявил, что при постоянном доходе плательщик оказывается в неравном положении с теми, у кого доход нерегулярен: в одном случае алименты зависят от установленной доли и «плавают», а в другом — фиксируются. Кроме того, по мнению защиты, перечисление крупных средств может превращаться в чрезмерное имущественное обременение, не соответствующее цели алиментов — содержанию ребенка.

— Сверхбольшие алименты утрачивают связь с задачами таких платежей, так как закон не предусматривает ни отчетности получателя, ни возврата нецелевым образом израсходованных средств, — подчеркнул Дорохин.

Отдельно он указал на принцип равенства прав и обязанностей родителей и связал его с идеей об их равном материальном участии в жизни детей. Сафонов, как отмечалось в ходе слушаний, определил для себя размер выплат в 300 тысяч рублей — как величину, сопоставимую с доходом его бывшей супруги.

На этом фоне представитель Уполномоченного по правам человека в РФ Уммупазиль Омарова заметила, что довод об ориентации на доход другого родителя не является решающим:

— Второй родитель также обязан содержать ребенка, но это не всегда связано с оценкой материального вклада.

При этом участники публичных слушаний в целом поддержали базовый тезис защиты и плательщика о предназначении алиментов — они должны обеспечивать содержание ребенка. Содержание же родственников, которые проживают вместе с несовершеннолетним, обязанностью плательщика алиментов не является: в противном случае, по логике обсуждения, возникает скрытое перераспределение имущества.

Тем не менее статью 81 Семейного кодекса, конституционность которой оспаривал Матвей Сафонов, участники слушаний признали соответствующей Основному закону РФ единогласно.

Полномочный представитель Совета Федерации в КС РФ Андрей Клишас пояснил, что интересы ребенка должны иметь приоритет независимо от того, как сложились отношения родителей. Одновременно он указал на необходимость воспринимать статью 81 во взаимосвязи со статьей 83: она позволяет назначить алименты в твердой денежной сумме, если взыскание в долевом выражении невозможно, затруднительно или существенно нарушает интересы одной из сторон.

По словам представителя, если лицо считает, что его права нарушаются, это должно быть предметом рассмотрения в судах общей юрисдикции.

Сходную аргументацию привел и полпред Президента РФ в КС РФ Дмитрий Мезенцев. Он заявил, что в рассматриваемой ситуации назначение конкретного размера алиментов может приводить к необоснованному обогащению бывшей супруги, а выработка сбалансированного решения — задача судов общей юрисдикции.

— Алименты, выплачиваемые родителем, не проживающим вместе с ребенком, в определенном смысле призваны «компенсировать» неисполнение им непосредственно родительских обязанностей, которые предполагают непрерывную и исчерпывающую каждодневную заботу о ребенке, особенно в ранние годы жизни, — отметил Мезенцев.

Он подчеркнул, что сам по себе значительный размер алиментов не доказывает, что интересы плательщика существенно нарушены, однако плательщик может представить такие доводы в суде. Также, по его мнению, принцип равенства прав родителей предполагает доступ к информации о расходовании средств другим родителем; при отсутствии соглашения между сторонами такой доступ обеспечивается через судебные механизмы, чтобы исключить возможные злоупотребления.

Врио полномочного представителя Правительства РФ Павел Степанов напомнил, что пункт 2 статьи 81 Семейного кодекса дает суду право уменьшить или увеличить алиментную долю, принимая во внимание материальное и семейное положение сторон и иные заслуживающие внимания обстоятельства, а перечень таких обстоятельств не является исчерпывающим. При этом, как отметил представитель, речь идет не о дефекте самой нормы, а о ее применении.

Он привязал это к логике статьи 83: при установлении алиментов в твердой сумме суд должен исходить из максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня обеспечения, учитывая материальное и семейное положение сторон и другие важные обстоятельства. Одновременно, по замечанию Степанова, родители не обязаны предоставлять ребенку переизбыток материальных благ.

Сравнительно-правовой аргумент привел замдиректора Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ Сергей Синицын: он напомнил, что в немецком праве прямо закреплены ограничения роскоши.

Полномочный представитель Генерального прокурора в КС РФ Артур Завалунов заявил, что возможность накопления «избытков» алиментов на будущее в российском законодательстве прямо не предусмотрена. По его словам, также отсутствуют нормы, позволяющие контролировать целевое расходование алиментов.

После завершения публичной части судьи Конституционного суда еще раз изучат доводы сторон в закрытом режиме. О дате провозглашения решения будет сообщено дополнительно.