Абдуллина и Петров рассказали о учёбе в ИТМО и планах на сезон в парном катании

Фигуристы из Санкт-Петербурга Алиса Абдуллина и Егор Петров рассказывают, как сочетают подготовку в парном катании с учёбой в ИТМО и работой в ледовом театре Олимпийской чемпионки Елены Бережной. Прошлый сезон принёс им выход на чемпионат России, а в дальнейшем они продолжают наращивать спортивную форму и балансировать плотный график.

В беседе для издания «Чемпионат» спортсмены поделились планами на ближайший этап карьеры, рассказали о своём обучении в вузах и высказались о ледовых шоу в России — от подхода Евгения Плющенко, Ильи Авербуха и Татьяны Навки до того, как им самим видится работа в театрализованных проектах.

— Учёба, тренировки и работа — всё связано с фигурным катанием, уже крыша едет

На сезон Абдуллина и Петров смотрят прежде всего через призму подготовки программ. По словам Алисы, в ближайший месяц партнёры планируют «накатку» прокатов, подбор образов и отработку новых костюмов. Егор при этом подчёркивает, что межсезонье далось тяжело и подготовка стартовала в сжатые сроки: впереди много работы, а также есть дополнительное время до национальных стартов, чтобы привести выступления в более презентабельный вид. Свой прокат на данный момент они оценивают на «три с минусом».

Из турниров сезона фигуристы называют этапы Гран-при России в Казани и Екатеринбурге, уточняя, что расписание поездок может измениться.

Абдуллина учится в ИТМО на 4-м курсе по специальности «Бизнес-информатика». По её словам, совмещать учёбу и тренировки удаётся без серьёзных сложностей: занятия проходят в дневное время, а тренировки — вечером; домашние задания она тоже успевает благодаря удобному графику. Лекции чаще всего организованы онлайн.

Петров, в свою очередь, продолжает обучение в университете имени Лесгафта: в этом году он поступил в магистратуру. Он отмечает, что на бюджет конкурс был очень высоким — почти 95 баллов — поэтому пришлось выбирать платное отделение. Также он рассматривал курсы переподготовки в РАНХиГС или СПбГУ по муниципальному управлению, поскольку помимо спорта хочет заниматься чем-то прикладным и понятным в обычной жизни.

На вопрос о занятиях после завершения карьеры Абдуллина говорит, что планирует попробовать себя в сфере, близкой к получаемому образованию. Стажировки она уже проходила, но подчёркивает, что реальная работа в офисе отличается от обучения, поэтому ей хотелось бы проверить это на практике — в компании формата бигтех или в формате собственного проекта. Петров рассказывает, что сейчас работает с детьми в группе Александрины Дегтярёвой: на льду она попросила его выйти на «удочку» к работе, но он отказал, поскольку у него интервью. Приоритеты он расставил заранее, а в обычной жизни, по его словам, его режим складывается из учёбы, тренировок и работы, при этом всё так или иначе связано с фигурным катанием.

Когда разговор заходит о способах «не дать крыше уехать», Абдуллина шутит, что они с Женей Устенко играют в «Майнкрафт». Егор добавляет, что старается разнообразить жизнь: пробовать новые занятия, искать интересы и развиваться за пределами катка. При этом он признаёт, что силы заканчиваются, а во взрослой жизни не всегда получается делать только то, что хочется.

Отдельно фигуристы говорят о контенте. Абдуллина отмечает, что в последнее время у неё мало получается выпускать что-то новое и она думает переосмыслить формат: перейти к разговорному стилю и блогу. Петров предлагает ей взять у него интервью. Алиса предполагает, что снимала бы что-то вместе с Егором, уточняя, что ранее делала в основном эстетические slow-mo видео, которые набирают просмотры, но хочется больше открываться аудитории и говорить на камеру.

— Я сработал агентом по привлечению пар из нашей группы в шоу

Историю своего прихода в фигурное катание спортсмены рассказывают по-разному, но сходятся в том, что всё началось с детских впечатлений и случайного предложения. Абдуллина говорит, что в детстве занималась плаванием и немного ходила на хор, а также пробовала гимнастику — «всего по чуть-чуть». Кататься в одиночном варианте она начинала у Ирины Лебедевой, которая сейчас работает в Китае; позже Елена Соколова перевела её в танцы.

Петров вспоминает самый ранний эпизод: ему было около трёх лет. Когда он ехал в машине с мамой и они проезжали мимо академии, которую тогда строили, мама спросила: «Егор, а ты не хочешь заниматься фигурным катанием?». Он, понимая мало, но «за любую движуху», согласился. После достройки академии он пришёл на первое занятие на маленький лёд к Рябининой — первое время у него ничего не получалось: он падал, валился и плакал от расстройства. Затем ему посоветовали сначала ходить на массовые катания, научиться стоять на коньках, и только потом продолжать занятия в системе. Через полтора года он пришёл «сюда», и сейчас его спортивный стаж насчитывает уже 20 лет.

Помимо спортивных тренировок, паре знакома и работа в ледовом театре Елены Бережной. Петров объясняет, что фактически «сыграл агентом», подключив пары из своей группы: когда он ещё катался в одиночном и работал с Никитой Михайловым, тот делал «Щелкунчика», а в один зимний период работал вместе с Еленой Бережной — тогда пригласили и их. Пара встретила в театре удобный график и выступления рядом с академией без необходимости ездить далеко, а после разговоров с администрацией сотрудничество было закреплено: подписали их — и ещё одну пару из группы.

Абдуллина добавляет, что кроме них в ледовом театре продолжают кататься Ульяна Ермакова и Артём Крылов.

Влияние театра на спорт они оценивают прежде всего через актёрскую составляющую. Абдуллина считает, что она помогает на 100 процентов, а Петров уточняет: в театре нет ограничения по техническому регламенту, поэтому энергию можно направлять на эмоциональную отдачу и точное воплощение образа. По словам Егорa, роль — будь она грустной или весёлой — становится полезной тренировкой. Также есть и финансовая сторона, которая позволяет в перспективе рассматривать работу с отдельными специалистами или поездки на соревнования.

Абдуллина отмечает, что, возможно, в будущем они съездят куда-то ещё. Петров говорит, что им сообщили о возможности получить нейтральный статус и, при необходимости, выступать на зарубежных соревнованиях за свой счёт — они заинтересованы. При этом уточняется, что речь идёт только после Нового года и о турнирах категории B.

К вопросу о сборах и поездках за рубежом фигуристы упоминают, что их одногруппники — Катя Миронова и Женя Устенко — отправляются в Америку. Петров признаётся, что тоже хотел бы туда попасть, но у бюджета планы иные: ему всё равно «очень хочется» увидеть баскетбол.

— Хотели бы вы создать своё ледовое шоу или продакшн, связанный с ледовыми шоу?

Абдуллина отвечает, что если появятся спонсоры — они готовы обсуждать идею. Петров считает, что многое зависит от собственных возможностей и известности: если бы в стране они были суперузнаваемы, проект мог бы работать даже без значительных вложений, привлекая инвесторов. В их ситуации популярность пока недостаточна, и всё упирается в реальные ресурсы и личное желание.

В разговоре о крупнейших авторах ледовых шоу в России — Евгении Плющенко, Илье Авербухе и Татьяне Навке — фигуристы обсуждают их по разным критериям. Абдуллина говорит, что лучше рассматривать по категориям. Петров признаёт, что им не доводилось работать с этими авторами. По словам Алисы, по видео и декорациям сильнее всех выглядит Навка: особенно «Щелкунчик» с огромными «крысами» произвёл эффект. В части качества катания и организации массовки она предлагает подумать.

К оценке технического компонента Петров считает, что с технической точки зрения лучше всего будет Плющенко. Абдуллина с этим соглашается и добавляет: у Авербуха больше театральности, актёрской составляющей; ей нравится именно авторский подход.

Если бы им предложили сразу троих авторов и работу у каждого, выбор, по словам Абдуллиной, зависел бы от условий. При одинаковых параметрах она бы, вероятнее всего, выбрала Навку: у неё проходят и новогодние шоу в Санкт-Петербурге, а ещё есть гастроли в Сочи на летнее время. Петров признаётся, что хотел бы работать с Ильёй Авербухом: для него это ключевая фигура в этом шоу-бизнесе, поэтому он бы хотел чаще видеть его перед глазами.