Полугаевский оставил подпись на шахматной доске Кравчука после помощи в Гаграх

В советские годы черноморское побережье Кавказа знали не только по курортам, но и по людям, которых там называли «каталами». Так именовали профессиональных шулеров: они, находясь в гостиничных номерах, в парках и даже на пляже, умудрялись оставлять приезжих без одежды. О характере их «приемов» лучше было не задумываться — достаточно вспомнить перестроечные фильмы. Больше всего такие истории связывали с Сочи и Гагрой.

В гагрском парке, по воспоминаниям, шел невысокий мужчина в парусиновых туфлях, легких брюках и курортной «бобочке» — по сути, ранней разновидности поло. В руках у него была шахматная доска. Он дошел до Колоннады, сел на свободную скамейку и занялся расстановкой фигур — неспешно, без спешки, пока рядом шла разыгрываемая партия.

Между тем никто не узнавал в нем международного гроссмейстера Льва Абрамовича Полугаевского. По местным правилам такие встречи вели «на интерес»: за одну партию платили по пять рублей. Эти пятерки быстро оказывались в кармане неприметного игрока. Полугаевский тем самым зарабатывал себе на питание, в том числе на знаменитый ресторан «Гагрипш».

В 1981 году Полугаевский устроил семье отдых в Гаграх — к приятелю, шахматисту Владимиру Вайсу. Тот жил на первом этаже многоквартирного дома в ущелье Жоэквара. Сам же гроссмейстер отправился в Амстердам на очередной международный турнир. Но на фоне жары и смены климата случилось то, что бывает нередко: заболели и жена, и дочь.

На третьем этаже того места, где был Вайс, проживал подполковник медицинской службы и начальник медицинской части санатория МО «Гагра» Николай Кравчук. Вайс сразу обратился к нему. Николай Алексеевич помог без промедления: дежурил у постели больных, выхаживал их и доставал дефицитные лекарства. Кризис удалось миновать.

Когда Полугаевский вернулся из Амстердама, он узнал о болезни близких и был потрясен известием. Поднявшись к Николаю Алексеевичу, он сразу сказал:

— Вот деньги. Я обязан вас отблагодарить за чуткость и заботу о моих…

— Денег я не возьму, — спокойно ответил Кравчук. — Женщины и дети нуждаются в бескорыстной заботе. Если хотите отблагодарить — распишитесь на шахматной доске. Это будет память на всю жизнь.

И Полугаевский расписался — на самой обычной доске, которая стоила три рубля.

Далее Кравчук рассказывал о том, как эта история связалась с ним лично. Ему было уже за восемьдесят, но он выглядел бодро и продолжал оставаться спокойным и рассудительным. Говорил, что отец дошел до Берлина, а сам он — войсковой старшина казачьих войск. При этом к Полугаевскому он чаще обращался не как к «большому шахматисту», а как к человеку, с которым играл в нарды.

По его словам, Полугаевский объяснял, что приехал отдыхать от шахмат. В это же время Карпов, как утверждалось, отдыхал в Тбилиси и готовился к новым поединкам, тренируясь. Полугаевский же, по привычке, утром купался, оставлял семью на пляже и уходил в парк — играть. То есть речь шла не просто об отдыхе, а о том, как зарабатывать на «беспечный» курорт.

Однажды Кравчук встретил его и услышал фразу: «Плохой сегодня день, всего 50 рублей выиграл». Реакция была шутливой — в духе того, что Лев «дает стране угля», и что зазнаваться не стоит, иначе «побьют».

Отдельно вспоминали ущелье Жоэквара, где у Вайса была баня, куда они наведывались мужской компанией. Кравчук говорил Вайсу, как врачу, что местная чача ему «не для здоровья» — предупреждал об угрозе инсульта. При этом Вайс любил местное вино, в частности «Изабеллу»: человек был компанейский, без тени спеси, хотя прицел держал на чемпионский титул.

Лето закончилось, ребенка нужно было отправлять в школу, и знаменитый шахматист уехал. Осталась только эта доска.

Кравчук принес из соседней комнаты шахматную доску, раскрыл ее. На фанере была блеклая подпись, сделанная перьевой ручкой — фломастеров тогда не было: «Л. Полугаевский. 02.08.1981».

— Хотел ее обновить, — говорил Николай Алексеевич. — Но боюсь, что станет хуже. Нужен специалист. В Гаграх есть детский шахматный клуб, где, кстати, играл Полугаевский. Его назвали именем Карпова — так решили. А эту доску я завещаю им, чтобы смотрели и учились на знаменитых партиях мэтра.

Лев Абрамович Полугаевский (20 ноября 1934 — 30 августа 1995) — советский шахматист, международный гроссмейстер (1962), заслуженный мастер спорта СССР (1969), двукратный чемпион СССР (1967, 1968), а также шахматный теоретик.

В 1961 году он стал чемпионом РСФСР по шахматам и в тот же год получил звание международного гроссмейстера. В 1967–1969 годах трижды подряд делил 1–2-е места в чемпионатах СССР.

Он выиграл около 30 международных турниров — в том числе в Марианске-Лазне, Мар-дель-Плате (дважды), Сочи, Будапеште (дважды), Бевервейке, Амстердаме (дважды), Белграде, Кисловодске, Маниле, Вейк-ан-Зее, Золингене и Скопье.

Полугаевский работал тренером-консультантом Анатолия Карпова во время его матчей с Виктором Корчным (1978 и 1981). Его считали крупным специалистом в теории дебюта: с его именем связывают ряд схем в закрытых началах, а особое внимание он уделял сицилианской защите. Одно из ответвлений варианта Найдорфа получило название «вариант Полугаевского». Этой теме посвящена книга «Рождение варианта» (1977).