Турки Аль аш-Шейх предупреждает о риске потери памяти из‑за опухоли мозга

Турки Аль аш-Шейх, который в последние годы стал центральной фигурой мирового профессионального бокса, сейчас сталкивается с гораздо более серьёзными обстоятельствами, чем череда конфликтов и споров вокруг больших поединков.

Его имя постоянно всплывало в громких кампаниях последних трёх лет — от матчей Сауля Альвареса с Теренсом Кроуфордом и объединительных серий Александра Усика и Тайсона Фьюри до дуэлей Артура Бетербиева и Дмитрия Бивола, а также событий с участием Наоя Иноуэ, включая бои против Дзюнто Накатани. В поле зрения Аль аш-Шейха оказывались и менее громкие, но важные противостояния с Райаном Гарсией, Девином Хейни и другими.

При этом он сам признавал, что попытки «помирить» индустрию занимают его не только в части спорта. Турки говорил о желании организовать встречу с ключевыми фигурами бокса и промоутерскими структурами, чтобы добиться согласия и запустить «революцию» в индустрии. Он перечислял участников переговоров: Дану Уайта, Ник Хана, Фрэнка Уоррена, Эдди Хирна, а также партнёров и друзей DAZN. По словам функционера, он хочет добиться этого как можно скорее — «до того, как потеряю память», опасаясь, что к 2028 или 2029 году забудет своё имя.

Эти переживания связаны с медицинскими проблемами. В 2015 году у Аль аш-Шейха диагностировали сразу несколько онкологических заболеваний. С тех пор он проходит постоянное лечение, а некоторое время из‑за болезни жил в США. Позже, в прошлом году, сообщалось об опухоли мозга рядом с гипофизом, которая может отражаться на памяти — именно это он, по сути, и связывает со своим прогнозом.

По словам самого Турки, в 2024 году он также рассказывал: за последние пять лет у него накопилось множество проблем со здоровьем, и по этой причине он стремится проводить как можно больше крупных поединков.

Слова поддержки в его адрес прозвучали от Райана Гарсии. Американский боксер отреагировал так: ему больно слышать, через что проходит Турки; при этом он подчеркнул, что страсть к боксу и усилия Аль аш-Шейха уже имеют историческое значение, и что сказанное нельзя «проигнорировать» — как минимум им самим. Гарсия назвал Турки бойцом, чемпионом и членом Зала славы бокса.

Влияние Аль аш-Шейха на индустрию действительно считается определяющим. Дана Уайт отмечал его на фоне других промоутеров: по мнению президента UFC, чтобы организовать бои, о которых ранее можно было только мечтать, нужны были деньги Саудовской Аравии. Уайт подчёркивал, что, в отличие от остальных, Турки снова и снова реинвестирует в спорт, тогда как остальные, по его словам, забирают прибыль, не вкладывая обратно.

Эдди Хирн, со своей стороны, называл Турки «королём безумия» и говорил, что тот делает то, что хочет, а для сотрудничества важно принимать правила этой игры. Благодаря Аль аш-Шейху, по мнению экспертов, удавалось сглаживать разногласия между промоутерами, самими боксерами, бродкастерами и другими сторонами.

Однако у такой модели есть обратная сторона — зависимость индустрии от одного центра ресурсов. Если правительство Саудовской Аравии берёт паузу и не проводит большие турниры, то календарь крупных событий становится заметно скромнее: конфликтные вопросы и противоречия возвращаются. Именно поэтому Турки говорит о необходимости своего рода «саммита» руководителей бокса, чтобы устранить проблемы и выстроить более прозрачную единую систему.

Тем не менее, реализуемость этих планов оценивают скептически: в отрасли остаётся много внутренних споров, и отдельное влияние связывают с приходом Даны Уайта в бокс.

Немаловажно и то, что, по словам самого Аль аш-Шейха, времени у него может быть немного. Отмечается, что в Саудовской Аравии, вероятно, не найдётся другого столь же деятельного энтузиаста. Кроме того, по инсайдам The Athletic, в стране уже не полностью довольны масштабами вложений Турки в бои — их считают неоправданно большими. В результате допускают риск наступления «тёмных времён» для бокса, если главный инвестор отойдёт от дел.